Школы ДВФУ как бизнес-единицы

 

26 февраля 2016

Важнейшие изменения в структуре ДВФУ, намеченные в рамках Программы повышения конкурентоспособности ДВФУ (Проект 5-100), заложены в проекте «Управление», разработанном экспертами ДВФУ совместно со специалистами Московской школы управления «Сколково». Его ключевой тезис — децентрализация управления — передача части полномочий от центрального аппарата университета на уровень Школ. Но как изнутри измениться самим Школам и стать по-настоящему независимыми бизнес-единицами?

Читайте также: 7 месяцев в Сколково: топ-менеджмент ДВФУ полностью изменит университет

Над ответом на этот вопрос в «Сколково» работала отдельная проектная группа. В нее вошли заместители директоров по развитию Школы биомедицины, Инженерной школы и Школы естественных наук Вадим КумейкоПавел Кузнецов и Кирилл Голохваст, заведующая кафедрой экологии Школы естественных наук Юлия Галышева и начальник управления реализации образовательных программ Инженерной школы Олег Суров.

— Изменения назрели давно, — уверен Кирилл Голохваст. — Школы должны выйти на первые роли в университете. Пока ректорат будет требовать выполнения всех показателей от Школ, у которых на это просто нет ресурсов, большого прогресса не предвидится. Школам нужно иметь возможность генерировать собственный бюджет, который пойдет как на операционную деятельность, так и на развитие.

Среди других запланированных изменений — активная работа по поиску, привлечению и переподготовке кадров за рубежом, формирование новой эффективной концепции центров коллективного пользования (ЦКП) и выбор и завоевание необходимых Школе стратегических партнеров из числа ведущих университетов мира. По мнению авторов проекта, актуальны, как никогда, и структурные реформы.

— Кафедры, которые сейчас существуют, очень разноплановы, — отмечает Вадим Кумейко. —Создавались они в разное время под определенные научные задачи, многие из которых уже неактуальны. Каждой Школе необходимо определить приоритетные направления развития и, исходя из этого, пересмотреть всю кафедральную структуру. Процесс этот не может быть мгновенным. На наш взгляд, в Школах должны быть созданы относительно устойчивые подразделения (например, это могут быть департаменты), которые объединят экспертов в крупных научных областях. А имеющиеся кафедры должны быть возведены в ранг проектов со всеми его атрибутами — бюджетом, сроком жизни, показателями эффективности и контролем качества. Те кафедры, которые докажут свою конкурентоспособность в течение переходного периода (2017 и 2018 годы), не будут менять структуру. Остальных ждет переформатирование под крылом департамента.

Кирилл Голохваст.jpg Вадим Кумейко.jpg

Кирилл Голохваст и Вадим Кумейко

Поскольку образовательная система также будет меняться и студенты бакалавриата получат две специализации: основную — major — и дополнительную — minor, в Школах потребуются руководители образовательных программ нового поколения. «Они должны иметь успешный академический бэкграунд, но при этом хорошо понимать запросы рынка образовательных услуг. Каждой образовательной программе необходимо стать образовательным продуктом, спроектированным по проектному принципу. Появление таких менеджеров образовательных продуктов намечено в проектных офисах Школ», — уточняет Юлия Галышева.

 — Не исключено, что и некоторые Школы в будущем будут трансформированы, — говорит Кирилл Голохваст. — К этому не нужно относиться как непременно к чему-то негативному. Наша цель — рост и развитие всего университета. Например, в университете Амстердама один из крупных профессоров заявил мне, что почти вся их работа построена по проектному принципу. Они постоянно меняются, поэтому они и в топ-50 QS. Мы здесь просто не имеем права отставать.

 Юлия Галышева и Олег Суров.jpg

Юлия Галышева и Олег Суров

Предлагаемая модель изменений планируется к запуску, в первую очередь, в Школах естественнонаучного блока. Однако проектом заинтересовались и Школы гуманитарных и экономических направлений. Департаменты как объединения специалистов в предметных областях впервые запустили в Школе гуманитарных наук в декабре прошлого года, незадолго до создания таких структур в Школе биомедицины.

Начались изменения и в других школах.

— Мы нацелены на перестройку образовательных программ, — отмечает Кирилл Голохваст. — Сейчас, например, информатика ведется сразу на трех кафедрах. Они конкурируют, хотя преподают по сути одну и ту же дисциплину. Похожая ситуация с кафедрами других кластеров. Скорее всего мы тоже пойдем по пути модернизации структуры, как и наши коллеги из Школы биомедицины.

— Инженерная школа сконцентрирована на помощи ученым, которые регулярно публикуются в журналах из перечня ВАК, — говорит Павел Кузнецов. — Мы должны помочь им представлять результаты своих исследований в международных изданиях. Также наш приоритет — изменение содержания образовательных программ. Есть важный тренд в инженерном образовании, построенный на «прототипировании», когда студент не только усваивает теорию, но и создает что-то «руками». Коллеги из нескольких российских вузов хорошо отзываются о данной инициативе — это привлекает и абитуриентов, и представителей предприятий. Третий фронт работ — укрупнение научных тематик вокруг исследовательских и прикладных задач. Например, над проектом «Арктика» работают и робототехники, акустики, электронщики, материаловеды, и коллеги из Школы естественных наук — биологи и экологи, и ученые-правоведы из Юридической школы. Междисциплинарный синтез показывает отличные результаты, и мы намерены развивать этот опыт.

Обучение в Сколково.jpg