Новости

13 апреля 2018
О возможных угрозах со стороны экстремизма в Юго-Восточной Азии

заместитель директора Экспертно-аналитического центра ДВФУ Дмитрий Шелест

старший преподаватель Департамента коммуникаций и медиа Школы искусств и гуманитарных наук ДВФУ Дмитрий Куманев

ведущий специалист Экспертно-аналитического центра ДВФУ Виталий Савенков


Реализация восточного вектора российской внешней политики неуклонно расширяет возможности России в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР). Одновременно с этим субъекты РФ в Дальневосточном федеральном округе (ДФО) в большей степени подвержены угрозам экстремизма, исходящим из региона в целом и Юго-Восточной Азии (ЮВА) в частности.

В настоящее время экстремизм в Юго-Восточной Азии представлен многочисленными движениями экстремистского толка: от леворадикального до религиозного. Экстремизм левого толка сформировался в тех государствах, где коммунистическое движение было объявлено вне закона. Это Индонезия, Малайзия, Таиланд, Сингапур и Филиппины, причем в Малайзии и Филиппинах это привело к длительному вооруженному противостоянию. Самый «успешный» пример такой борьбы сохранился на Филиппинах, где до сих пор сохранила свою популярность «Коммунистическая партия Филиппин» и ее вооруженное крыло — «Новая народная армия». 

Следующим вызовом региональной безопасности являются многочисленные этнические и сепаратистские конфликты в Юго-Восточной Азии. Их исторические корни лежат в колониальном прошлом региона. Дело в том, что государства Юго-Восточной Азии оформились в текущих своих границах не благодаря становлению внутренней государственности, а вследствие колонизации этих земель европейцами и установления ими границ своих колоний. В качестве примера можно привести «Исламским фронтом освобождения Моро» на Филиппинах. Еще одним этно-религиозным, сепаратистским конфликтом является давнее противостояние на юге Таиланда, где действует исламский «Национально-освободительный Фронт Патани». 

Религиозный экстремизм является одним из главных вызовов и угрозой безопасности для стран ЮВА. Только за 2017 год прогремели взрывы в Индонезии, Малайзии и в Таиланде, готовились теракты в Сингапуре. Эти акты террора совершаются приверженцами идеологии ИГИЛ (запрещенная в России организация), которая целенаправленно распространяет в регионе свое влияние, вербуя сторонников, готовых с оружием в руках воевать на ее стороне в зоне конфликта на Ближнем Востоке и бороться с противниками радикального ислама в регионе. 

Как заявил еще в 2015 году премьер-министр Сингапура Ли Сянь Лун, «Юго-Восточная Азия превратилась в основной центр по вербовке боевиков для ИГИЛ. И угроза терроризма в регионе не является проблемой будущего, она уже здесь и сейчас. И террористические группировки пользуются любой открывающейся возможностью для получения, передачи и использования финансовых средств». 

Следует отметить, что с государствами ЮВА Москва взаимодействует как на уровне межгосударственных соглашений, так и в формате Россия-АСЕАН. Сотрудничество в области безопасности было установлено между РФ и Ассоциацией в 2003 году при совместном подписании Декларации о партнерстве в деле мира и безопасности. 

Комплексный план сотрудничества России-АСЕАН на 2016-2020 годы предусматривает меры в сфере безопасности и борьбы с экстремизмом в виде мер чрезвычайного реагирования, противодействия терроризму и транснациональной преступности, укрепления морской безопасности, нераспространения и разоружения, миротворчества, диалога по вопросам обороны. Это реализуется в соответствии с Совместной декларацией Российской Федерации и АСЕАН о сотрудничестве в борьбе с международным терроризмом, подписанной 2 июля 2004 года в Джакарте (Индонезия) и Рабочим планом Регионального форума АСЕАН по борьбе с терроризмом и транснациональной преступностью на 2015-2017 годы, принятым в ходе 22-й сессии форума в Куала-Лумпуре (Малайзия). 

Однако договоренности во многом предусматривают действия в этой части Тихого океана, но в меньшей степени предполагают реализацию подобных механизмов на территории России. Особенностью современного терроризма в ЮВА, как показывает история его развития, является использование разных каналов финансирования, что осложняет борьбу с ним, которая требует укрепления сотрудничества между государствами при налаживании тесного сотрудничества с частными структурами. При этом отмечается тенденция интернационализации экстремизма за счет слияния националистических, сепаратистских движений и религиозных объединений радикалистского толка, которые, в свою очередь, распространяют свое влияние в ЮВА, а затем в государствах АТР. 

Детализация угроз для России показывает, что тенденции к росту экстремизма в регионе может напрямую угрожать интересам Российской Федерации, а реализация программ развития Дальнего Востока РФ может концентрировать проблемы в ДФО в среднесрочной перспективе. 

В частности следует отметить угрозы как федерального, так и регионального характера. 

1. Россия активно продвигает образцы вооружений и военной техники на рынки ЮВА. В настоящее время государства региона оперируют значительными военными бюджетами и готовы к закупкам значительного объема вооружений и военной техники. В свою очередь Москва не заинтересована в том, чтобы поставляемое оружие попало в руки террористов. 

2. Увеличение доли так называемого «чистого» ислама салафитского толка предполагает рост проникновения из ближневосточного театра военных действий террористов в ЮВА. Об этом в частности говорил С. К. Шойгу, утверждая, что Россия обеспокоена «ростом террористических угроз в Юго-Восточной Азии, прежде всего — в контексте перемещения иностранных террористов-боевиков ИГИЛ, выдавливаемых из Сирии и Ирака. На верность ИГИЛ уже присягнули 34 террористические организации во всем мире, включая ряд группировок в Юго-Восточной Азии». Следует отметить, что меры, предпринимаемые силовыми структурами и спецслужбами государств региона (прежде всего, Индонезии, Малайзии и Филиппин) не охватывают весь объем проникающих экстремистов. 

3. Повышение количества террористических групп как религиозного, так и националистического толка может быть использовано внешними игроками — крупными державами в ущерб и государствам ЮВА, и другим заинтересованным участникам, включая и Россию. Косвенно это подтверждается тем, что ряд экспертов обвиняет в участии в перемещении джихадистских групп в ЮВА Международную кризисную группу (МКГ) при финансовой поддержке таких транснациональных компаний, как Chevron, Statoil, HSBC Holdings и других. 

4. Российский бизнес постепенно осваивает рынки стран АСЕАН — как в виде крупных игроков типа «РЖД», «Ростеха» или «Росатома», так и в виде малого и среднего бизнеса, действующего в сфере услуг и внешнеэкономической деятельности. Угроза заключается как в возможности того, что российские компании станут объектом вымогательства со стороны экстремистских групп, так и в том, что они будут являться объектами насильственных действий в силу страновой принадлежности уже по идеологическим причинам.  

5. ЮВА становится значимым направлением в российской туриндустрии. До конца 2013 года в этот регион поступательно увеличивался поток туристов из России. После спада до 2015 года российский турпоток вновь начал возрастать, при этом открываются новые направления (Малайзия), а также увеличивается количество выезжающих на отдых с Дальнего Востока. Соответственно возможность того, что граждане РФ могут стать целью для экстремистских действий или террористических атак, кратно возрастает.  

6. Через Малаккский пролив и Южно-Китайское море проходят многие судоходные линии российских транспортных компаний. Значительная часть российского морского транспорта или судов с российскими экипажами в этом направлении отправляется из портов Приморья. Регион Юго-Восточной Азии — это глобальный перекресток, контроль над отдельными участками которого позволит успешно и прибыльно заниматься пиратством. В свою очередь, специалисты предполагают рост подобного явления с увеличением числа экстремистов в регионе. 

7. Если говорить о Дальнем Востоке и, в частности, о Приморье, то в Дальневосточном федеральном округе существует нехватка рабочей силы по многим профессиям. Только в Приморье запускается 40 инвестпроектов, а региональный рынок труда уступает развитию экономики. По оценкам ряда экспертов, на сегодняшний день существует около 63 000 вакантных рабочих мест в Приморском крае. В настоящее время поток трудовых мигрантов из Средней Азии снизился, выезд рабочей силы из КНДР запрещен санкционными резолюциями Совбеза ООН №2375 (сентябрь 2017 года) и №2397 (декабрь 2017 года), а граждане КНР не заинтересованы в работе на Дальнем Востоке РФ после повышения курса доллара относительно рубля. В этих условиях специалисты рабочих специальностей из ЮВА могут заполнить нишу иностранной рабочей силы, что предполагает проникновение радикалов.

 по материалам круглого стола в Экспертно-аналитическом центре ДВФУ